В ноябре 1920-го в Константинополь пришел пароход. На его борту находились те, кто покинул Крым: солдаты разбитой врангелевской армии и гражданские, спасавшиеся от ужасов. Среди них был офицер Сергей Нератов.
Он прибыл с пустыми руками. Революция и война отняли у него всё. Полк, которым он командовал, перестал существовать. Семья — жена, двое маленьких детей — погибла еще раньше, в хаосе отступления. Теперь у него не осталось ничего, кроме формы, да и та была поношена.
В этом чужом городе, среди таких же потерянных людей, Нератов не искал роли лидера. Но взгляды бывших сослуживцев всё чаще обращались к нему. В его молчаливой стойкости, в умении слушать они увидели то, чего не хватало многим, — не показную удаль, а тихую твердость. Так, почти против своей воли, этот сломленный человек постепенно стал тем, к кому потянулись другие изгнанники. Центром, вокруг которого начала собираться разрозненная русская эмиграция.
Комментарии